Эквус
ТЕАТР НА СПАССКОЙ - Кировский государственный театр юного зрителя
E-mail
  Пароль
Регистрация   Забыли пароль?

Афиша Команда Команда О театре Пресса Архив
Сезоны


Актёры покажут его лишь раз

26 ФЕВРАЛЯ В «ТЕАТРЕ НА СПАССКОЙ» В РАМКАХ «ПРОЕКТА [80]» БЫЛ ПРЕДСТАВЛЕН СПЕКТАКЛЬ-ПЕРФОМАНС «MIDEA». ЗАИНТРИГОВАННАЯ ПРЕДПРЕМЬЕРНЫМ ТРЕЙЛЕРОМ, НС НЕ МОГЛА ПРОПУСТИТЬ ТАКОЕ СОБЫТИЕ.

«Актёры покажут его лишь раз, а зритель наверняка запомнит надолго», – смотришь зазывающие  новостные ролики про спектакль «Midea» и удивляешься тому, что ведь как в воду глядели.

«Проект [80]: Midea» был заявлен как спектакль-перфоманс. В его основу положены пьесы «Медея» и «Вакханки» древнегреческого драматурга Еврипида. По сути, он продолжает траекторию, начатую режиссёром ещё со времён спектакля «Мюнхгаузен», восхитившего зрителей новаторством своего высказывания, преобразованием формы, обозначенным введением в тело спектакля системы сторителлинга.

«Midea», причудливо написанная латиницей и уже с этого момента приглашающая к постмодерновой индивидуальной расстановке смыслов (например, «Media», «Idea» и «My idea», – вариации автора статьи), идёт дальше и практически полностью разрушает пресловутую «четвёртую стену» между актёрами и зрительным залом. Смело приуроченная к столетию Февральской революции, она навевает предчувствия противоречивые и беспокойные (а какие должна?), в которых тайным огнём всё-таки горит интерес. А люди, удобно усевшиеся в парадных театральных креслах и терпеливо ожидающие начала, в одно мгновение ощущают себя заговорщиками.

Дальше – больше. Театр оборачивается зеркалом, и в каждом действии актёров какое-нибудь «я» в зале уже узнаёт себя – настолько верна идентификация, нарочито ими транслируемая. Сначала нам показывают и дают услышать ШУМ – в чистом виде, какой он есть, задействуя для глубокого погружения  в суть все органы восприятия: мы видим слово «ШУМ», многократно повторяющееся на экране, слышим радио-помехи – да и вообще становимся свидетелями прямого и довольно грубого высказывания, но таким образом попадающего не в бровь, а в глаз:  ведь только наивный бы не понял, что речь в первую очередь идёт об информационном шуме и тотальной экспансии медиа-сферы, в которую он погружён. Вы ещё не заметили параллель с большевистскими собраниями, развернувшими активную лозунговую кампанию? Однако большевики это делали для того, чтобы ритмичными короткими высказываниями быть понятными малообразованному рабочему люду. Но что мы?

Театр оборачивается зеркалом, и в каждом действии актёров какое-нибудь «я» в зале уже узнаёт себя – настолько верна идентификация, нарочито ими транслируемая.

Неужели мы так же глупы и малообразованны, что можем переваривать только рубленые фразы на мониторе, висящем над сценой? Задумываешься, задумываешься и понимаешь, что… да. Вот он, мой когнитивный потолок – недлинный ТЕКСТ в тысячу символов  на экране смартфона или на одну страницу компьютера без скроллинга. Всё, что свыше, – «многобукаф», и отложено на потом.

А что в нём? А в нём то, что няня перерезала голову маленькой девочке, что школьницы изувечили животных, что в Забайкальском крае семилетняя девочка родила мутанта от тиранозавра, что мне обязательно надо прочитать «такой-то список книг до 20-ти лет» – и это сливается в один большой грязный поток и стихийно несётся, несётся, смывая на своём пути всё и вся. Шум отвлекает нас от собственного «я», от реальности, которая представляется размытой, почти неразличимой в тумане и оттого будто отрезанной.

В кроваво-красном платье и среди красных полотнищ предстаёт Медея. Своим голосом она поднимает на дыбы пространство, восклицая: «Дети мои!!!» «Сын мой!!!», – взывая не то к защите, не то к жизни, не то сбивчиво говоря: «Это не мой ТЕКСТ, я не хочу его произносить». В миг прилаженная маска образа слетает с актрисы.

«Это мой город, это моя Россия», – говорит уже другой актёр, и представляешь его не действующим лицом экспериментальной постановки, а заботливым папой, гуляющим по зимнему Александровскому вместе с сыном или дочкой.

Деление на «моё-твоё» – ещё одна нить спектакля. Когда мы отчаянно кричим «Я!», перечёркивая все границы приличия и, оглушённые собственным ором, идём творить непотребства – и когда мы скромно заявляем «Мы…», силясь получить поддержку незримо стоящего за нашей спиной большинства? Наверное, тогда, когда мы встраиваем чужую точку зрения в канву своего восприятия, или наоборот, исключаем её.

И вот Медею, ещё недавно глыбой стоящую на сцене, терзают непонятные герои в неопределённых театральных костюмах (предположительно варвары), выкрикивая знаменитые цитаты из каноничных драматургических текстов (и всё это время они продолжают расчленять и поглощать Медею!). В этом видится некий едкий реверанс в сторону классических репертуарных театров, которые видят и наблюдают одно, а делают другое. В этом же можно прочесть и безумие российской действительности (опять же грубо и прямо трактуемое через каннибализм), превратное переложение смыслов – и да, действительно вакханалию.

А завершается всё чтением Пушкина! ТЕКСТОВ Пушкина. «Сказки о мёртвой царевне и семи богатырях», видимо, тоже специфическим образом перекликающейся с «Медеей». Всё,  как в школе: актёры читают из книжек.

После умопомрачительного буйнодейства началось обсуждение, обозначенное в начале как обязательная II часть спектакля, где любой желающий, движимый неразрешимой загадкой, оставшейся после I части спектакля, мог попытать счастья её разрешить – задав вопрос труппе, режиссёру, зрителям. И вопросы задавали. Один за другим, резонные, дерзкие, вопросы очерчивали позицию задающих, заставляя их буквально сиять в переливчатой игре смыслов и вгоняя в краску остальных безмолвных стесняшек.

– Вы сами всё сделали для того, чтобы загнать нас в толпу, вы постоянно говорили: «Мы хор, хор, хор», – вы загнали нас в общий ящик, лишили индивидуального мнения, а цель театра – обратиться не к толпе, а к индивидуальному человеку, вызвать его мысли, – весомое заявление прозвучало из зала.

И всё-таки я утверждаю, что театр и в этот раз обратился к конкретному человеку, главным образом через текст. ТЕКСТ в спектакле – именно ТЕКСТ, вот такой, капслоком, – это и вирус и вакцина. Чтение звучит в конце снова как лозунг, как призыв, немедля отсылая к книге и как бы говоря: «Спаси себя сам, и вокруг тебя спасутся тысячи». «Тысячи мыслящих индивидуальностей», – продолжаю я.

Вы сами всё сделали для того, чтобы загнать нас в толпу, вы постоянно говорили: «Мы хор, хор, хор», – вы загнали нас в общий ящик, лишили индивидуального мнения, а цель театра – обратиться не к толпе, а к индивидуальному человеку, вызвать его мысли, – весомое заявление прозвучало из зала.

И всё-таки я утверждаю, что театр и в этот раз обратился к конкретному человеку, главным образом через текст. ТЕКСТ в спектакле – именно ТЕКСТ, вот такой, капслоком, – это и вирус и вакцина. Чтение звучит в конце снова как лозунг, как призыв, немедля отсылая к книге и как бы говоря: «Спаси себя сам, и вокруг тебя спасутся тысячи». «Тысячи мыслящих индивидуальностей», – продолжаю я.

 

Ангелина Свинина
"Новая строка (издание о современной городской культуре и творческих людях)". - 07 марта 2017.





Статьи 81 сезона

Андрей Матюшин: «Мы устали от легкомысленного отношения к театру!» // "Новый вариант". - 24 августа 2016. Софья Линёва.
Отдаленное настоящее // ""Комерсантъ"". - 14 сентября 2016. Роман Должанский.
Николай Слободяник: «Главное в театре – сделать зрителя соавтором спектакля» // "Свойкировский". - 14 сентября 2016. .
В Москве на сцене Театрального центра СТД завершился молодежный форум-фестиваль "Артмиграция" // "Российская газета". - 16 сентября 2016. Наталья Шаинян.
Философия Мюнхгаузена // "Ревизор (информационный интернет-портал о культуре в России и за рубежом)". - 16 сентября 2016. Валерия Волокова.
Не надо красть калачи // "Бизнес новости в Кирове". - 18 сентября 2016. Анна Демчук.
Каренин тоже плачет // "Бизнес новости в Кирове". - 11 октября 2016. Елена Окатьева.
«Каренин»: известная трагедия с другого ракурса // "Свойкировский". - 11 октября 2016. Ульяна Колпакова.
«Каренин»: путь от жалости к нежности в два акта с одним антрактом // "Комсомольская правда в Кирове". - 11 октября 2016. Даша Савельева.
Страдания Каренина // "Наш город Киров". - 14 октября 2016. № 102 (899). Наталья Владимирова.
Поперёк тренда // "Вятский наблюдатель". - 14 октября 2016. № 2 (42). Мэри Лазарева.
"Каренин" // "NaDasuge". - 17 октября 2016. Наталья Панишева.
Дмитрий МОЗГОВОЙ: «Артмиграция». Послевкусие // "Экран и сцена". - 17 октября 2016. № 19. .
А пока нам есть что вспомнить! // "Вятский наблюдатель". - 27 января 2017. Людмила Нагаева.
Пища для Родины-матери // "Без формата". - 28 февраля 2017. Антон Бучин.
Что сейчас нужнее, Я или Мы? – вот в чем вопрос // "Вятский наблюдатель". - 03 марта 2017. № 9 (974). Мэри Лазарева.
Екатерина Рябова: «Современный театр выводит зрителя из зоны комфорта» // "Свойкировский". - 13 марта 2017. Надежда Нечанова.
Не промахнулись // "Бизнес новости в Кирове". - 24 апреля 2017. Елена Окатьева.
Маугли в каждом из нас // "Интернет-портал "Свойкировский"". - 24 апреля 2017. Ульяна Колпакова.
Джунгли на сцене и джунгли в жизни // "Новая строка (издание о современной городской культуре и творческих людях)". - 25 апреля 2017. Алина Пяткина.
Закон театральных джунглей // "Новый вариант". - 25 апреля 2017. Татьяна Лисик и Антон Бучин.
Это надо видеть! // "Наш город". - 07 апреля 2017. № 37-07. Татьяна Калинина.
Чудо любви состоялось // "Портал Киров.ru". - 18 мая 2017. Ольга Дёмина.
«Обыкновенное чудо» или «Чудо любви». В Кирове показали старую добрую сказку // "Интернет-портал "Свойкировский"". - 18 мая 2017. Ульяна Колпакова.
Контемпорари разума // "Новая строка (издание о современной городской культуре и творческих людях)". - 30 мая 2017. Алина Пяткина.

Список статей

Комментарии

Здесь пока никто ничего не писал

Писать сообщения могут только Зарегистрированные и Авторизированные пользователи.
Яндекс.Метрика