Эквус
ТЕАТР НА СПАССКОЙ - Кировский государственный театр юного зрителя
 
 
Меню
 
Сезоны

 

Вот тебе, Вятка, подарочек!

К новому году худрук театра на Спасской Борис Павлович подготовил инсценировку повести Пушкина «Дубровский»

Подарок кировчанам оказался немного хулиганским, несмотря на то, что в аннотации серьезнейше обещалось привлечь внимание юного зрителя новаторским подходом к классике и показать сокрытые доселе идеи повести.

На самом деле, если что и должно засесть в памяти любимой референтной группы Бориса Дмитриевича, так это пряник «25-го кадра» в конце невероятно затянутого стебного действа о трех частях: народный хор в сарафанах с песнопениями битлов. А также сама ливерпульская четверка в виде декорации из картона и британский флаг. Плюс крейсер «Аврора» да еще, по ходу, шуточная песенка БГ «Дубровский», из которой, как нам кажется, произросла вся ирония автора постановки, и теперь мы хорошо осведомлены о личных симпатиях худрука театра на Спасской.

Пару лет назад тоже под Новый год, помнится, давали похожее: мифы древней Греции с придурью, однако Греция далеко, а Пушкин наше все. Высмеять хоть и не самое сильное, но широко известное его произведение, в консервативной Вятке, есть жест, и хорошо продуманный. Так что мы не станем кудахтать по этому поводу, ища заговор космополитов, а рассмотрим механизмы.

Молчать, или вы пропали!

- с пафосом восклицает недругу Владимир Дубровский в исполнении Александра Трясцина. Но не Борис Павлович. Он нисколько не боится критики и пересудов. Наоборот, он их ищет. Всяческий обсужданс, пусть и с оттенком скандальности, есть питательная среда для роста популярности, а умному годится и для саморазвития. В конце концов, усиление экспансии (любым путем, вспомним г-на Березовского, это из него цитата) и влияния на умы есть смысл активности любого амбициозного человека в современной среде. Не случайно же на дни премьеры в Киров прибыла большая группа театральных деятелей и критиков из Петербурга, дабы обсуждать произведение Павловича и учить кировчан писать правильные рецензии. Создавать нужную атмосферу вокруг события.

Борису Дмитричу, сильно захваленному и возведенному на Олимп местного бомонда и даже бизнеса, - в его статусных кедах на страницах смешного вятского глянца - все это, надо полагать, уже наскучило, да и сколько ж можно? Теперь он решил наконец выйти к публике в костюме скандального режиссера (причем в прямом смысле: костюмчик на нем в этот раз был чисто стиляжный, в клоунскую клетку). 

Мнится, он давно этого хотел, но сразу нельзя, надо было приучить к себе Вятку - с ее вечным комплексом неполноценности, но и с сильным традиционно-патриархальным культурным лобби. Зато весь 2009-й прошел в театре Павловича под знаком провокационности, с уклоном в жесткое (или ироническое) будоражащее действо и язык: вспомним спектакль «Парень и пес» приглашенного питерского режиссера, летние «Толстую тетрадь» и читку дерзкой пьесы группы молодых драматургов о Вятке и ее обитателях. Все сошло на ура. Теперь уже можно позволить себе любое высказыванье.

Холодно, холодно...

Интересно, что этот спектакль, с его изобилием нарочито «дурацких» декораций, которые непрерывно и щедро сменяют одна другую, только этим и веселя публику (сценограф Елена Авинова), сделан на грант правительства. И шут бы с ним, подумаешь - британский флаг, оплаченный из местного бюджета, все равно эти денежки вряд ли пошли бы на вдов и сирот. Да и сами культовые персонажи - не попса, а считай, уже классика. Но по коварному замыслу режиссера, актеры должны были играть кое-как, и основные действующие лица, включая Пушкина, выходили какие-то слинявшие, без характера, а Дубровский (в глупейшем, да еще и голубом сюртуке) - тот и вовсе аршин проглотил, нелепый «француз», в конце полностью дискредитированный автором, Павловичем.

Обидно за любимых мною актеров Трясцина и Кусакина-Пушкина. Один знакомый художник, давно не бывавший на театре, был глубоко возмущен их игрой (так как раньше не видел) и составил мнение о них как о бездарях, поклявшись сюда более ни ногой. А все навороты с суетливыми музами и вышепомянутой иронией показались ему холодной и невнятной заумью, порочащей русского поэта. Вправду, было весьма холодно и скучновато - три часа прозябать в плохо натопленной зале.

Нет, конечно, в спектакле не без идеи. Прочитывается, во-первых, набоковский мессидж об ущербности русской литературы, в которой нет героя, нет счастья (зато оно привносится под занавес битлами и ихним национальным флагом). Но есть более продуктивное и сильное: образ богооставленного народа, втянутого этим самым героем в жестокую кровавую распрю и им же постыдно брошенного из-за личной неурядицы (а сам за границу, как это принято в России). Звероватый кузнец Архип (А. Хорев) хорошо показал этот народ. Но вряд ли до юного сознания дойдет «мысль народная», если только учитель не разъяснит. А разъяснит, так они все равно запомнят другое, как и задумано.

Мэри Лазарева

Вятский наблюдатель - 24 декабря 2009




Читайте также

Казнить нельзя помиловать // «Вятская книга 2009». - 01 апреля 2011. № 2. А.Д. Мильчаков.

«Так-то да» - попытка осознать, где мы... // «Вятская книга 2009». - 01 апреля 2011. № 2. Н. Панишева.

У нас ещё в запасе 14 минут // «Вятская особая газета». - 01 июля 2010. № 25. Михаил Коковихин.

Мы или не мы? // «Вятский наблюдатель». - 01 июля 2010. № 27. Мэри Лазарева.

Есть одно «НО»: ты живёшь в Кирове... // «Новый вариант». - 01 июля 2010. № 26. Ольга Салтыкова.